Не надо говорить с наркотиками


Не надо говорить с наркотиками

Лет 15 тому назад, когда я производила свои первые журналистские опыты в почти мифической для нашего орденоносного города газете «Кузнецкий рабочий», а в свободное и крайне скудное время даже умудрялась пополнять зачетку новыми сессионными оценками, преподаватели дневного отделения факультета русского языка и литературы тогдашнего НГПИ (мои «преподы»!), умудренные многими знаниями и «печалью» прожитых лет, с непременной снисходительной, но доброй-доброй улыбкой нередко укоряли меня за «тинейджерский» стиль моих газетных опусов…

Но что же было делать? Я и сама тогда была практически подростком (а по Достоевскому определению «подростка» даже еще и не «доподростилась», как следует!) – разумеется, поэтому и писала так, как говорила моя социально-возрастная среда,… о том, что ее действительно волновало!

А тут ничего нового никто и никогда не откроет – как 15 лет назад, как сейчас, как 150 лет назад и как 150 лет вперед, всё исчерпывается одной ёмкой и просто гениальной фразой: секс, наркотики, рок-н-ролл! Вот и мои первые статьи, так забавлявшие и умилявшие моих «преподов», были, естественно, посвящены… любви, музыке и… наркомании.

Ну, скажу честно, любовь в тогдашней прессе уже появилась – в виде завлекающих предложений очень увлекательного и даже в чем-то познавательного совместного «досуга». С музыкой тоже вроде бы никаких проблем не было – в то время в нашем орденоносном тинейджеровские рок-н-ролльные команды плодились прямо как в каком-нибудь Е-бурге, честное слово!

А вот наркомании как таковой… не было. Наркодиспансер – был. «Койки» в психушке – были. Даже некий пресловутый отдел по борьбе с незаконным оборотом нарко-зла – уже существовал. Ну и, разумеется, самих наркоманов хватало. Кого-то я знала. С кем-то даже здоровалась, поднимаясь к себе домой… 

Но, в общем и целом – на уровне массовой информации и агитации – наркомании как-то не наблюдалась, и всё тут! Нигде ничего о ней не писали, не снимали и даже не особенно-то и упоминали, что, мол, есть у нас, товарищи, такая зараза!

Прекрасно помню, как я отвоёвывала себе место под постоянную рубрику – то ли «Скажи нет», то ли еще какую-то… Мой шеф тогда некоторое время упорно сдерживал мой журналистский напор своим скептическим прищуром, но, в конце концов, и он всё-таки сдался! И началась у меня очень интересная жизнь…

Стала я регулярно наведываться в «магазины» и притоны – и с самими наркоманами, чтобы купить, сварить, уколоться (я, собственно, конечно же, лишь в качестве наблюдателя-барзописца!), и с доблестными представителями того самого отдела по борьбе, раскрывающими очередное нарк-преступление, и с врачами «скорой», выезжающими на очередную нарк-кому… А по вечерам, когда редакция уже пустела, я открывала наш «красный уголок» и чуть ли не до первых звезд седела там с убитыми своим огромным горем, но продолжающими надеяться на чудо мамами никому не нужных «нариков»!

Устраивала их детей к уже знакомым мне докторам в психушку… Встречалась с психологами… Договорилась со знакомой юрист-дамой, которая подготовила документы для создания общественной организации родителей наркоманов… И при каждом удобном случае задавала разным чиновникам «неудобные» вопросы про наркоманию в Новокузнецке! Правду сказать, они не терялись – быстренько «сваяли» (ну прям по «вопросам»!) городскую программу борьбы со злом по всем фронтам – милицейском, медицинском… Даже, помню, стационар для детей и подростков открыли. Интересно, жив он сейчас или, просуществовав для «галочки» энное время, благополучно закрылся?

В силу максимализма, свойственного юности вообще, а мне и моей юности особенно, я, как это ни наивно звучит, и правда верила, что могу что-то изменить в этом мире, кого-то остановить, кому-то «вправить» мозги, помочь вылечиться, вернуться из лап смерти к живым! Именно эта глупая юношеская вера и держала меня в «теме», которая в принципе не сулила мне никакой журналисткой славы (наркомании ведь вроде бы как не было, а значит, ни конкурсов, ни премий для самих неукротимых агитбойцов тоже!) Это потом СМИ – с разрешения и одобрения кого надо и в государственном масштабе – начали делать то же самое, но меня с ними к тому времени уже не было, потому что… 

… Когда ты уже в какой-то там раз устраиваешь одного и того же парня на детоксикацию, когда сидишь в «засаде» у одного и того же «магазина», а туда по-прежнему не зарастает «народная тропа», когда на лестничной площадке, где живет твоя мама, товарищ твоих собственных детских игр спокойно продает наркоту и еще пытается подсадить на эту гниль твоего младшего брата, когда статистика смертей, в том числе, и среди дружков-приятелей этого самого младшего брата только увеличивается, когда чиновники разных ведомств «на голубом глазу» сочиняют отписки, хотя доподлинно известно, что их дети тоже колятся… В общем, тогда ты понимаешь, что всё, что ты делаешь, это всего лишь пустые слова, никчемное марание бумаги, и закрываешь эту тему для себя – навсегда!

Как-то приятнее для ублажения собственного эго писать о той же любви, например! Да и настрой совсем другой… Даже когда Он, подлец, в итоге Ее бросил, всё равно – мажорный.

… Но несколько лет – насыщенных разнообразнейшими журналистскими расследованиями, да, наивных и максималистских, но МОИХ! – прошли в мире «ляпок», «ханки», «прихода», «больнички» и т. д. и т. п. Вплоть до алюминиевых ложек в стучащих дрожью пальцах, а потом безумно выросших зрачков! Вплоть до страшных фиолетовых лиц, которые постепенно становятся желтыми, когда пацана вытаскивают из наркоманской комы, а он еще не отошел от кайфа и начинает «гнать»! Вплоть до откровений измученной матери, которая признается, что хочет зарубить своего уснувшего сына-наркомана топором!

…Я тогда, помню, кидалась из крайности в крайность – правда, очень хотелось помочь и спасти! То с врачами встречалась, то с психологами, то с милицейскими «полканами», то с мэром и иже с ним… А однажды мне позвонили ребята, которые организовали на Ильинке ПЕРВЫЙ в городе «центр» для наркозависимых…

Мы сидели в пустой новоильинской «однёшке», залитой невозможным солнцем, и говорили о Боге… Втроем – я, пастор «свежеиспеченной» по-новокузнецки, «проамериканской» евангелической общины (не буду называть, какой, но за последние 15 лет они здорово разрослись в нашем орденоносном!) и один из верных адептов этой самой церкви, а та самая парочка наркоманов, ради которой я, сюда, собственно, и пожаловала, просто-напросто… сбежала! Одной силы Божьего слова для них оказалось слишком мало…

А буквально через месяц-другой я ездила за город к некоему бывшему наркоману, который собирал товарищей по несчастью в некую коммуну и хотел наладить там какое-то нехитрое производство, но закончилось всё примитивным сбором средств с и без того несчастных, хватающихся за любую соломинку наркоманских родителей… Без слова Божьего-то тоже ничего не получилось!             

… И вот, как говорится в романах, прошло 15 лет. Я уже давно не в «теме». Слишком разочарована и… цинична, чтобы, как в юности, глупо верить в то, что я и, правда, всё могу. Слишком максималистична и наивна, чтобы зарабатывать гонорары и места в антинаркоманских конкурсах – на страшном человеческом горе, в котором я вряд ли кому-то смогу помочь.

Но! Забавно всё-таки устроена наша жизнь – и я за последний год-другой постоянно (!) наблюдаю немало «бывших нарков», вроде как избавившихся от жуткой зависимости… с помощью того самого слова Божьего из уст той самой евангелической общины, от которой много-много лет назад сбежали её первые «спасаемые» наркоманы…

Они приходят в редакцию, где я сейчас работаю, чтобы дать интервью моим коллегам и,  как им кажется,  воздействовать на умы и души (или, как думаю я, на то, что от них осталось) таких же наркоманов, какими они и сами когда-то были. И выглядят вполне довольными собой и собственной жизнью! Даже приводят детей, рожденных в добропорядочных «евангелических» браках –  тоже с «бывшими»… Очень много говорят про Бога, который им помог и помогает. И по-прежнему чувствуют себя… особенными.

Я прекрасно помню, как на меня смотрели мои интервьюируемые «нарки»! Там была и снисходительность к «этой» наивной и даже туповатой дурочке, которая непонятно что хочет, и презрение людей, которые знают и понимают больше, чем ты – совсем другое, мелкое и благополучное и весьма ограниченное своим  мелким и благополучным мирком существо, и чувство собственного превосходства, которое, уж поверьте мне, как раз и  появляется за неимением ничего иного, зато в силу наличия огромной внутренней пустоты, как известно, просто нетерпимой Природой…

Одна из таких «пациенток» моей коллеги-журналистки рассказывала – с тем же самым таким знакомым мне чувством собственной превосходящей всех и всё «особенности»! – как она начала колоться, будучи… беременной. Мол, сначала просто выпивала в компании своих колящихся приятелей-наркоманов, а потом вдруг взяла да и решила попробовать. Ну, желания беременных вообще бывают довольно странными – я вот, например, переводила «мишек на севере» целыми килограммами… А вот она захотела уколоться. Бывает!

Уже родив, она какое-то время ходила к психотерапевту – почти всегда под кайфом, хотя вроде бы и хотела избавиться от зависимости. В конце концов, «учуяв» неладное доктор сложил свое психотерапевтическое оружие и отправил наркоманку к знакомому православному священнику, к которому та и пришла – опять же под наркотой! Бывшая наркозависимая, а теперь «правоверная» христианка прозападного евангелического толка  снисходительно вспоминала, как батюшка пытался направить её на путь истинный, но не произвел на нее должного впечатления, и всё тут.

А вот церковь, членом которой, после соответствующей реабилитации в которой, включающей в себя и слово Божье, и «трудотерапию», и т. д. и т. п., она сейчас и является, произвела! Потому что дала человеку, который чувствовал себя особенным, это самое чувство особенности – среди таких же, как ты, но «других», чем все остальные! – людей. И к тому же заполнила ту пустоту, которая была внутри неё, молитвами, общением с единоверцами, готовкой пельменей на продажу для Финансового обеспечения жизнедеятельности реабилитационного центра, наконец…

Лично мне, например, было просто очевидно, что она собой… гордится. Что смогла избавиться от зависимости от наркотиков. Что смогла выйти замуж и родить детей – предел мечтаний любой нормальной женщины, не правда ли?! И… что является адептом «особенной» церкви для «особых» людей, способных слышать и понимать Слово Главного Пастыря.

То есть получается, как по Евгению Шварцу: для того, чтобы убить дракона, нужно… завести своего собственного дракона?! А «ханку» с «герычем» может вытеснить только куда более сильная зависимость от Бендеровского «опиума для народа»?! Ведь Природа (и Бог, наверное, тоже!) абсолютно не терпят пустоты…

А может, она и иже с ней – правы? Какая, в принципе, разница, во что и в Кого верить?! Ну, подумаешь, раньше ты «говорил» с наркотиками, а теперь – с Господом… Главное – ты ведь больше не разрушаешь себя и не убиваешь своих родителей и детей!!!

И даже это так никуда и не девшееся «наркоманское» чувство собственного превосходства – да Бог с ним… Мы, люди, вообще предпочитаем думать о себе, что мы особенные – хотя в принципе отличаемся друг от друга только в нюансах…


Оставить комментарий