Идут поиски родственников погибшего в 1942 году Геннадия Болонкина


В списке пропавших без вести в годы Великой Отечественной войны – 5 тысяч 670 новокузнечан. В Новокузнецке ищут родственников красноармейца Геннадия Болонкина, погибшего в 1942 году. 75 лет о нем ничего не было известно. Останки бойца, призванного из Сталинска, нашли поисковики Воронежской области.

Ушедший на фронт из Сталинска, ныне Новокузнецка, Геннадий Болонкин в «Книге памяти» до сих пор числится пропавшим без вести. Но есть точная дата, когда это произошло, — 24 июля 1942 года. В это время сформированная в Сталинске 237-я стрелковая дивизия пыталась остановить наступление немцев близ сел Ломово и Озерки, северо-западнее Воронежа. На этот рубеж она вышла после 60-ти километрового марша и сразу вступила в ожесточенный бой. Несмотря на танковые атаки врага, задачу наши бойцы в итоге выполнили, но 237-я стрелковая понесла серьезные потери.

Анатолий Силаков, руководитель поискового движения Новокузнецка: «За трое суток – это 23, 24 и 25 – дивизия потеряла более 5 тысяч убитыми, ранеными, пропавшими без вести. Из состава 11 600 почти 50% она лишилась.  Такая была мясорубка, что солдатам некогда было даже и пищу принять, не успевали и раненых перевязать».

Несколько раз в тех местах вахту памяти нес новокузнецкий поисковый отряд «Сибиряк», созданный Анатолием Силаковым. В школьном музее, который он возглавляет, хранятся вещи найденных бойцов, в том числе поднятого у села Озерки пилота Ивана Симкина. Винт от его самолета стал частью мемориала Тербунский рубеж в Липецкой области. А теперь вот воронежские поисковики принесли весть о наших земляках, погибших под Ломово. Леонид Бащев из патриотической организации «Дружина» поиском занимается даже вне официальных вахт памяти. Два года назад проверял местность, где проходила передовая немцев. Знал, что одна из наших дивизий вынуждена была отойти, удар пришелся на 237-ю.

Леонид Бащев, командир поискового отряда Воронежской организации «Дружина»: «Тяжело им там было. На пяточке, наверное, метров 200 на 200 были ячейки- одиночки. Заняли они, видимо, там оборону.  Было там поднято 92 человека.  Видимо, немцы добивали их.  Каска пробита, череп пробит, и немецкие гильзы валялись. Наверное, раненых добивали они там».

Практически у всех бойцов были медальоны. Написанные карандашом строчки почти не видны. Но с помощью экспертизы удалось прочесть больше тридцати записок, что бывает крайне редко.

Леонид Бащев, командир поискового отряда Воронежской организации «Дружина»: «Мало того, что они заполнены одним карандашом, так они заполнены одной рукой. А вот Болонкин как раз и был писарь. У него написана воинская должность – писарь.  Он им заполнял все эти медальоны, видимо».

Геннадия Болонкина решили не хоронить в общей могиле, а попытаться найти родственников. В медальоне было указано имя матери – Болонкина Глафира Алексеевна. Сотрудники военкомата по Заводскому, Кузнецкому районам с помощью работников ЗАГСа выяснили, что в Сталинске было три таких женщины – полных тезки. Но по возрасту лишь одна могла являться матерью бойца. Причем, документов, подтверждающих наличие у нее детей, найти пока не удалось. Ничего не осталось и от двух домов, в которых женщина в разное время жила на Форштадте. Последние годы была прописана в доме №26 на проспекте Октябрьском. Умерла в 73 году.

Сергей Колябин, начальник военного комиссариата по Заводскому, Новоильинскому, Кузнецкому и Орджоникидзевскому районам: «Будем выдвигаться на тот адрес, разговаривать с квартиросъемщиками. Может, будут родственники, может, не будут.  И также уже, если и подтвердится родство, будем искать по квартирной карте данные, кто на 73-й год с Глафирой Алексеевной проживал в квартире».

От соседей пока узнали, что у квартиры с семидесятых годов сменилось, как минимум четыре владельца. Поэтому всех, кто что-либо знает о Глафире Алексеевне Болонкиной 1902-го года рождения и Геннадии Петровиче Болонкине 1923-го года рождения, просят обратиться в военкомат. Если найдутся родные, они решат, где именно захоронить бойца. Если никто не откликнется, это можно будет сделать на Редаковском кладбище, где несколько лет назад появился мемориал памяти погибших земляков. У его подножия заложена капсула с прахом наших бойцов. На плитах – имена новокузнечан, воевавших в 237-й стрелковой дивизии и считавшихся пропавшими без вести до тех пор, пока из небытия их не добыли поисковики.

Анатолий Силаков, руководитель поискового движения Новокузнецка: «Просто его добавить 80-м, фамилию на этой плите, на мемориальной. И подзахоронить сюда».

Какой бы из этих вариантов не стал решающим, вернуть бойца с полей войны и в Новокузнецке и в Воронеже хотят до Дня Победы….

 


Оставить комментарий